Дайте леди шиллинг

Мелодрама английского драматурга Теренса Рэттигана «Глубокое синее море» стала поводом для очередной постановки Павла Сафонова в Театре имени Вахтангова. Для чего вахтанговскому репертуару потребовалась эта новинка, вам не объяснят ни режиссер, ни актеры. Просто так уж повелось, что любому репертуарному театру полагается выпустить хоть пару спектаклей за сезон. Вот он и выпустил, общего количества ради.

По правде говоря, «Глубокое синее море» - не совсем спектакль. Если подбирать правильное слово, это скорее продукция Театра имени Вахтангова. Причем продукция, срок годности которой, по всем признакам, уже истек. Трудно поверить, что режиссеру «Глубокого синего моря» едва за 30. Ведь подобными кондовыми постановками заграничных мелодрам провинциальные российские театры украшали свои афиши еще в те времена, когда Павел Сафонов ходил пешком под стол. Иногда в этих спектаклях английский камин находился справа, а стол - слева. А иногда наоборот. Вот у вахтанговцев - справа (художник Максим Обрезков).

Проверяем дальше. Ширмочки есть? Само собой. Тюлевая занавесочка поперек сцены имеется? А как же, всенепременно. Фонограмму ленивых негритянских блюзов, доказывающую, что это спектакль о заграничной жизни, в аппаратную передали? Передали. Героиню рыдать о своей погубленной любви и трагически воздевать на авансцене руки обучили? Обучили. Ну значит, все в порядке. Осталось только вставить куда-нибудь парочку танцев-шманцев, и - с премьерой вас!

Фантазии постановщиков хватило только на то, чтобы водрузить на задний план огромный иллюминатор, за которым плещется - угадайте, что? Ну конечно, оно, глубокое синее море, в сторону которого с такой тревогой вглядывается Хестер Коллер (Елена Сотникова). А посреди сцены пускай себе торчит изящная ванна. Нет, режиссеру она ни для чего такого не нужна. Но зато в одной из сцен в эту ванну можно засунуть обнаженную героиню, целомудренно задернуть тюлевую занавесочку - и пара минут чистого эстетического наслаждения зрителю гарантированы.

Мелодрама Рэттигана начинается с того, что героиня пытается отравиться бытовым газом, но ее самоубийство срывается, поскольку Хестер вовремя не опустила шиллинг в газовый автомат. Из-за этой забывчивости зрителю в последующие три часа придется вникать в детали взаимоотношений Хестер с бывшим мужем (Евгений Князев) и нынешним сожителем-летчиком (Владимир Вдовиченков). Сотникова плаксива и фальшива до невозможности, Князев пускается в театральщину худшего пошиба. Вдовиченков, пожалуй, на полшиллинга лучше, чем партнеры. Однако и он, когда на сцене играют семейный скандал, непрестанно разражается деланым нервным смехом. В финале Хестер, запасшись шиллингом, вторично пытается открыть газ, но ее опять спасают. Летчик Фредди улетает на самолете в Южную Африку, а Хестер остается у разбитого корыта на берегу глубокого синего моря. Хотя откуда в этом спектакле море? Что-то больно мелковато. Глубокая синяя лужа в лучшем случае.